Ерменев Иван Алексеевич

ЕРМЕНЕВ Иван Алексеевич
(1746 — после 1792)

Мы как-то не задумываемся об особенностях российского общества, например, в XVIII веке. А его жизнь дает столько занимательных фактов или загадок, что впору задаться вопросом: «Как это могло произойти?». Действительно, как могло произойти, что в крепостнической России, где верхам вроде бы до народа нет иного дела, как получать от него «простой продукт», подобранный в степи калмычонок становится замечательным живописцем и оформителем православных церквей? Или сын придворного конюха Иван Ерменев принимается в Академию художеств по устному заявлению царского вельможи И.И. Шувалова. Впрочем, жизнь Ерменева вообще полна загадок. Мы практически ничего не знаем о его живописном наследии (до нас дошло лишь несколько его работ). Известно, что после окончания Академии (1761—1767) он много работал и пять лет находился в Париже, где занимался в Королевской академии живописи и скульптуры. После возвращения в Россию жизненные и творческие следы Ерменева теряются. Даже год его смерти специалистам по истории живописи в России установить не удалось.
И все же известность у И.А. Ерменева была. И обусловлена она 8 акварелями художника под общим названием «Нищие», выполненными до его отъезда в Париж. Трагические фигуры нищих И.А. Ерменева — еще одна загадка художника, ибо столь определенное отношение к одной из язв российской жизни все же характерно для художников-обличителей второй половины XIX века.

"Странностями полна история Ивана Ерменева. Лишь немногие загадки разрешены за десятилетия, прошедшие с первой, досадно поздней публикации в 1834 году его работ и биографических сведений, да еще таких скудных", - писал А. Н. Савинов, автор единственной монографии о художнике (1982).

С того времени ничего не изменилось. Не обнаружены новые документы. Не увеличился список его работ, состоящий из полутора десятков названий. Достоверно о художнике известно немногое.

В 1767 г. сын придворного конюха Иван Ерменев окончил Петербургскую Академию Художеств. Здесь он занимался в архитектурных классах у А. Ф. Кокоринова и Ж.-Б. Валлен-Деламота, а завершил обучение в живописном классе С. Торелли, прославившегося своими аллегорическими картинами, выполненными со всей помпезностью барочного стиля.

Дань барокко отдал и Ерменев в наиболее ранних из известных нам композициях-аллегориях "На бракосочетание цесаревича Павла Петровича и Наталии Алексеевны" (1773) и "Благоденствие России" (1774).

Однако самой значительной работой художника, обеспечившей ему почетное место в истории русского искусства, стала серия из 8 акварелей "Нищие". Относительно ее датировки у специалистов нет однозначного мнения. По-видимому, все же серия выполнена в период от середины 1760-х до 1775 г., то есть до отъезда художника в Париж. Шесть листов изображают одетых в лохмотья слепых стариков и старух, иногда в сопровождении ребенка-поводыря. Сильное впечатление производят эти лишенные индивидуальных черт, застывшие, как трагические изваяния, фигуры, монументально возвышающиеся на фоне низкого горизонта. Две другие акварели - "Поющие слепцы" и особенно "Крестьяне за обедом" - отличает жанровое решение темы, сближающее их с работами современника Ерменева - живописца М. Шибанова.

Однако никому из русских художников ни до ни после Ерменева не удалось показать человеческие страдания в эпическом измерении, наполнить их воистину библейским смыслом, как это сделал он.

Весной 1775 г. имя Ерменева значится в списках допущенных к занятиям в классах парижской Королевской академии живописи и скульптуры. Во Франции художник пробыл до 1788 г. Из всего, что он здесь создал, ныне известны лишь несколько рисунков. "Жанровая сцена. Мужчина у стола" и "Аллегория" датированы самим художником: "1788 г.". Более ранние датировки трех других рисунков предложены А. Н. Савиновым: "Христос среди учителей", "Милосердный самаритянин" (оба второй половины 1770-х - начала 1780-х гг.), "Поклонение пастухов" (не позднее января 1781 г.).
Как видим, тематика ранних рисунков соответствует академическому направлению того времени. Они выполнены в традициях французской академической школы. Тем большее значение приобретают рисунки, относящиеся к последним месяцам пребывания Ерменева в Париже и свидетельствующие о его незаурядном мастерстве. На одном представлена бытовая ситуация, возможно горестные раздумья самого художника. Другой рисунок в аллегорической форме передает тяжелую и смутную атмосферу ожидания надвигающихся грозных событий. Ерменев вынужден был покинуть Францию накануне революционных потрясений.

О последнем, петербургском периоде жизни художника почти ничего не известно. Не сохранилось ни одного произведения, кроме миниатюрного портрета армейского пехотного офицера (1792), которое можно было бы с уверенностью приписать Ерменеву. Не знаем мы и даты его смерти.

Ерменев Иван Алексеевич